DOI: 10.33917/es-4.170.2020.6-19

Мир очень быстро и необратимо меняется. Критическая величина накопленных макроэкономических диспропорций требует радикальных управленческих решений. В качестве решения проблемы избрана catastrophe just-in-time — подготовка и реализация ключевых экстремальных событий, ориентированных на коренное переформатирование структуры управления мировой экономикой c выходом на новый глобальный инвестиционно-финансовый цикл на основе массированной эмиссии доллара США. Классическая модель переведения мировых кризисов в формат поэтапных глобальных финансовых итераций теперь дополнилась новым стратегическим инструментом — коронавирусом. Результатом реализации coronavirus superstrategy, по мощи аналогичной третьей мировой войне и успешно заменившей ее, является смена ключевых макроэкономических детерминант. США в очередной раз отсрочили на 10–15 лет финансовый коллапс. Масштаб финансовой спецоперации беспрецедентен по объемам ресурсов, территориальным масштабам и глубине воздействия: прежние ключевые игроки добровольно отдают свою идентичность за возможность сохраниться на Великой шахматной доске хотя бы в виде пешек. Претензии других стран на мировое лидерство сняты окончательно. Для России, в отличие от большинства стран — геоэкономических конкурентов, coronavirus reality явилась маркером, подтвердившим статус великой державы. На повестке дня — разработка стратегии экономического развития России применительно к новым условиям

Источники:

1. Агеев А.И., Логинов Е.Л. Россия в новой экономической реальности. М.: Институт экономических стратегий, Ассоциация «Аналитика», 2016. 460 с.

2. Агеев А.И., Логинов Е.Л. Новая большая война: хроники хорошо забытого будущего // Экономические стратегии. 2014. № 6–7. С. 16–33.

Персона Трампа и события вокруг нее не первый месяц будоражат мир. Сказано столько, что, кажется, добавить нечего… за исключением главного — реальных причин происходящего и обоснованного прогноза на будущее. Сданная много десятилетий назад в архив история с «верхами» и «низами» вновь становится пугающе реальной во всех уголках нашего маленького мира. Аналогий все больше…

В условиях турбулентности и когерентности мировой экономики и беспрецедентного санкционного давления на экономику России возникает необходимость анализа явлений, вызвавших кризисные процессы, которые затронули все сферы жизнедеятельности. Кризисные процессы — снижение доходов населения, миграционные процессы, в частности в Приморском крае, низкая обеспеченность населения жильем — требуют новых подходов к управлению. На примере ДВО региона показаны социально-экономические тенденции. Системой действенных механизмов и инструментов для улучшения социального положения являются национальные проекты и местные программы и подпрограммы. В последнее время отмечается улучшение морально-психологического климата жителей Владивостока в связи со строительством мостов через бухту «Золотой рог» и на остров Русский, реконструкцией дорог, постройкой международного аэропорта, строительством кампуса на острове Русский, созданием территории опережающего развития «о. Русский» и свободного порта Владивосток.

В статье предпринята попытка поиска причин кризисного состояния западного цивилизационного проекта. В частности, обосновывается значимость 1) некритической абсолютизации религиозных по своей природе императивов в светском обществе, 2) переоценки уникальности европейской культуры в качестве цивилизационного эталона и 3) недооценки последствий секуляризации трансцендентного в западном смысловом универсуме. На основе проведенного анализа делается вывод об уровне существующих рисков.

Череда перманентных тяжелейших кризисов в России требует проведения радикальной реформы либеральной модели открытой экономики. Методологической основой анализа служат принципиальные тезисы, положения и принципы философии русского традиционализма и современной русской научной традиции. Россия как русская Евразия развивается на основе принципа коллективизма, который является ключевым методологическим принципом — принципом методологического коллективизма. В статье подчеркивается, что экономика в сфере традиционного общества является служебной сферой и рассматривается как часть культуры, часть целого общественного живого организма. При этом культура рассматривается как важнейший нематериальный ресурс хозяйственного развития, а общественная динамика выступает как социокультурная динамика. Проведенное исследование позволяет определить методологические основы новой экономической доктрины для России. Наш идеал — это модель справедливого и солидарного общества. Мы сможем противостоять США как глобальной империи зла, только противопоставив им братство народов, солидарность поколений и высшую справедливость.

Статья посвящена возможностям и перспективам Азербайджана в текущей непростой политической и экономической ситуации, сложившейся в мире и стране. Снятие санкций с Ирана, напряжение в российско-турецких взаимоотношениях, падение цен на нефть, эскалация Карабахского конфликта… Как эти и другие факторы скажутся на экономике одной из самых развитых стран Закавказья?

В статье проводятся параллели между состоянием современной глобальной экономики и советской в 1980-е годы. Высказывается предположение, что в обоих случаях диагноз может быть похож и определяется как социально-экономический застой. Его главные черты — чрезмерное и все более растущее накопление обязательств в экономической, социальной, институциональной, политической сферах и отстающие, а со временем сокращающиеся возможности их выполнения. Соответственно, переход к новой модели глобальной экономики может ассоциироваться с теми же стадиями, какие известны из отечественной экономической истории, — кризис, переходный период, медленное восстановление. Высказывается предположение, что ключевым драйвером перехода от застоя к кризису становится разворачивающийся в азиатских странах потребительский бум, который опирается на потребительское кредитование населения. Анализируются возможные последствия создания общества потребления в азиатских странах, прежде всего в Китае, для глобальной экономики. Определяются основные болезненные последствия конкуренции двух моделей общества потребления. Формулируются новые глобальные вызовы с учетом таких последствий и опыта переходного периода в нашей стране. Предлагается учитывать эти вызовы при разработке долгосрочных стратегий развития отдельных стран или групп стран, в том числе России.

В статье проводятся параллели между состоянием современной глобальной экономики и советской в 1980-е оды. Высказывается предположение, что в обоих случаях диагноз может быть похож и определяется как социально-экономический застой. Его главные черты чрезмерное и все более растущее накопление обязательств в экономической, социальной, институциональной, политической сферах и отстающие, а со временем сокращающиеся возможности их выполнения. Соответственно, переход к новой модели глобальной экономики может ассоциироваться с теми же стадиями, какие известны из отечественной экономической истории, — кризис, переходный период, медленное восстановление. Высказывается предположение, что ключевым драйвером перехода от застоя к кризису становится разворачивающийся в азиатских странах потребительский бум, который опирается на потребительское кредитование населения. Анализируются возможные последствия создания общества потребления в азиатских странах, прежде всего в Китае, для глобальной экономики. Определяются основные болезненные последствия конкуренции двух моделей общества потребления. Формулируются новые глобальные вызовы с учетом таких последствий и опыта переходного периода в нашей стране. Предлагается учитывать эти вызовы при разработке долгосрочных стратегий развития отдельных стран или групп стран, в том числе России.

В последнее время с каждым годом мировая экономика все больше зависела от темпов развития экономики Китая, с которым многие страны традиционно связывали надежды на успешность выхода из кризиса. 2015 г. ярко и недвусмысленно продемонстрировал тенденцию нарастания китайской критической нестабильности. Здесь много причин, и одной из важнейших явилось изменение политики США — прекращение программ «количественного смягчения», от чего зависит конъюнктура спроса на китайские товары и объем их экспорта. Окончательно проявился кредитный характер «успехов» экономического роста Китая, практически исчерпана возможность получения эффекта от реализации модели финансового стимулирования национальной экономики КНР путем расширения объема займов и инвестиций. Основной вывод: существует прямая зависимость между последствиями инвестиционного и промышленного перенасыщения в Китае вследствие экстремальных темпов экономического роста и усилением структурных финансово-экономических диспропорций, закладывающих контуры неизбежно вытекающего из них нового витка китайского и мирового экономического кризисов.

Балансирование на грани финансовой катастрофы США, а также всей мировой экономики, чья положительная динамика ранее поддерживалась финансовой пирамидой, выстроенной ФРС США, не могло длиться вечно. Исчерпание регулирующих возможностей США в рамках прежнего управленческого контура потребовало перехода к постамериканской модели балансирования глобальных финансовых диспропорций. Выход найден на основе использования советского опыта: США перешли к созданию мирового Госплана на организационном каркасе формирования американизированного СЭВ на базе пакета торговых соглашений: Транстихоокеанское партнерство (ТТП), Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство (ТТИП) и Соглашение о торговле услугами (ТИСА).