Профессионализм, качество и комплексный подход | Институт экономических стратегий

Профессионализм, качество и комплексный подход

Номер 2. Кто заказывает музыку?

Оценка интеллектуальной собственности — это всегда очень увлекательная работа. Мы не всегда вправе раскрывать информацию даже о виде объекта оценки, потому что за ней конкуренты иногда просто охотятся.

Александр Климов
Профессионализм, качество и комплексный подход

"Экономические стратегии", №2-2006, стр. 90-95

Аудиторско-консалтинговая группа "Бейкер Тилли Русаудит" входит в международную сеть независимых компаний Baker Tilly International и является одним из лидеров оценочного рынка России.
Руководитель департамента оценки ООО "Бейкер Тилли Русаудит" Александр Климов в беседе с директором "ЭС" по связям с общественностью Олесей Ткаченко высказывает свое мнение о ситуации, сложившейся в российском оценочном сообществе, в том числе в свете ожидаемого этим летом перехода на саморегулирование.

Каким был 2005 г. для российской отрасли оценки и консалтинга? Готовы ли российские оценочные компании к предстоящему переходу на саморегулирование?

Безусловно, одним из основных событий минувшего года в российской оценочной среде стало ожидание перехода к саморегулированию, причем ситуация фактически до последнего дня оставалась неопределенной. Принятие соответствующего федерального закона парламентарии постоянного откладывали, тем не менее обозначенная в проекте закона дата-1 января 2006 г.-неумолимо приближалась, поэтому никто толком не знал, когда это произойдет и произойдет ли вообще.

Соответствующим же образом протекал процесс подготовки к саморегулированию внутри оценочного сообщества. В начале года данная тема так или иначе возникала лишь в узком кругу функционеров общественныхорганизаций,аизоценщиковмалоктопринималэтововнимание.Ситуациювсколыхнулапроизошедшая летом отмена лицензирования, в результате чего о саморегулировании начали задумываться и говорить. Последний же квартал злые языки окрестили "активным чесом по городам и весям" со стороны общественных организаций. Прошло огромное количество всевозможных мероприятий, посвященных переходу на саморегулирование – презентаций, конференций, семинаров, PR-акций. Но, мне кажется, пока рано говорить о том, что большинство оценщиков готово к реформе. Все оценочное сообщество – я имею в виду и юридических лиц, и оценщиков-предпринимателей – можно условно разделить на две категории: одна -это топ-компании и ведущие региональные компании, другая – все остальные фирмы и специалисты. Для первых процесс перехода пройдет, как мне кажется, достаточно безболезненно. Они на протяжении многих лет очень активно взаимодействовали с саморегулируемыми организациями, и часто не с одной, а со многими, и были там на ведущих ролях.

Принципиальных изменений в их взаимодействии с саморегулируемыми организациями не предвидится. Вторая категория, наиболее многочисленная, – это не очень крупные региональные компании, оценщики-предприниматели, которые в массе своей ни в каких саморегулируемых организациях не состояли. А даже если и состояли, то формально, руководствуясь какими-то сиюминутными конъюнктурными соображениями, например желая принять участие в тендере. Эти оценщики опасаются за свое будущее, не зная, какие позиции они смогут занять в саморегулируемых организациях, будет ли услышан их голос, и не без оснований полагая, что для них условия игры серьезно изменятся. Они попросту бояться быть узурпированными крупными компаниями. Свидетельство моих слов – активные дискуссии, развернувшиеся по данному поводу на страницах Клуба оценщиков Appraiser.RU, партнера "ЭС".

Множество вопросов вызывает предусмотренное законодательством создание в саморегулируемых организациях так называемых компенсационных фондов. Для чего они создаются, если стоимость многих объектов оценки (за исключением, пожалуй, квартир, автомобилей, мебели и оргтехники) может многократно превышать общую сумму фонда? Кто и как будет ими распоряжаться? Каков механизм возврата взносов оценщику при его переходе в другую саморегулируемую организацию? В случае наступления необходимости выплаты средств из компенсационного фонда нужно ли будет оценщикам второй, третий, четвертый раз вносить деньги в фонд? Если же вспомнить, насколько отличается уровень жизни в различных регионах, то становится очевидным, что предусмотренная в законе сумма взноса для многих оценщиков весьма ощутима.

Кроме того, в законе плохо проработан ряд технических моментов, касающихся обязательного членства и оценочных компаний, и специалистов в соответствующих саморегулируемых организациях. Здесь оценщиков смущает то, что требования организаций к своим членам могут достаточно отличаться, что носит оттенок двойного регулирования и чревато конфликтом интересов как различных саморегулируемых организаций, так и отдельных специалистов. В итоге сейчас все чаще раздаются призывы создать некую альтернативную организацию, которая объединила бы всех не определившихся и колеблющихся и могла бы конкурировать с ведущими оценочными объединениями страны. Правда, при этом вопрос, как ей следует решать перечисленные проблемы, ответа не находит.

То есть Вы считаете, что переход от лицензирования к саморегулированию является преждевременным шагом?

С точки зрения готовности сообщества и рынка говорить об этом рановато, потому что многие механизмы, которые бы позволили безболезненно осуществить этот переход, не разработаны. Например, чтобы контролировать качество услуг оценщиков, саморегулируемым организациям потребуется немало высококвалифицированных профессионалов и огромные деньги. Где их взять?

Как Вы оцениваете темпы развития отрасли? Какие сегодня самые важные проблемы в оценочной деятельности?

Отрасль развивается весьма динамично, поскольку в последние годы достаточно позитивно развивается российская экономика в целом. Оценщики активно участвуют в реорганизации ряда отраслей, помогают решать финансово-управленческие задачи многочисленным компаниям и предприятиям реального сектора, вносят механизмы рыночного ценообразования в различные ведомственные программы. Все-таки оценка важна не сама по себе, а как некая составляющая экономической системы.

Я бы не сказал, что в последнее время появились какие-то серьезные препятствия на пути развития отечественного рынка оценки. Беспокоит другое: хотя развивается методологическая база, повышается профессиональный уровень оценщиков, тем не менее из года в год приходится сталкиваться с одними и теми же проблемами. Это, например, отсутствие в России единых стандартов оценочной деятельности. Да, есть отдельные документы, есть федеральный закон, где сформулированы некие общие формальные требования к отчету, договору, к процедуре оценки, есть стандарты оценки, утвержденные Правительством в 2001 г. Но там, по сути, лишь дается определение основных видов стоимости и приводятся скудные формальные требования к процедуре и результатам оценки. Правда, существуют еще методические рекомендации по оценке земель, выпущенные Минимущества, по оценке различных объектов собственности, изданные ТПП России, стандарты некоторых общественных организаций, но этого явно недостаточно. Нет единого документа, который бы с необходимой степенью детализации регламентировал процедуру оценки и составления отчета. Такая работа сейчас только началась, ее первые результаты в свободном доступе выложены, к примеру, на сайте Appraiser.RU.

Кем подготовлен этот документ?

Он исходит от МЭРТ. А пока те потребители, которые регулярно прибегают к услугам оценщиков, вынуждены самостоятельно внедрять некие единые регламенты выполнения оценок стоимости. Например, в Альфа-Банке разработали достаточно подробное техническое задание на проведение оценки, где до мелочей прописаны многие моменты, что позволяет в известной степени стандартизировать те работы, которые для них выполняются. В РАО "ЕЭС России" пошли по другому пути, пригласив в качестве методолога одну из компаний "большой четверки", разработавшую методологию оценки стоимости бизнеса и активов энергетической отрасли.
Сохраняется еще одна важная проблема – качество услуг. В прошлом году работа ФАУФИ по экспертизе оценочных отчетов наглядно подтвердила ее актуальность.

Мы тоже участвовали в этой работе в числе 10 аккредитованных компаний. Общие результаты были весьма безрадостны: не более 5% отчетов получили положительную оценку, то есть не содержали грубых методологических ошибок, существенно влиявших на стоимость объекта оценки. Некоторые отчеты отправлялись на доработку по 5-6 раз. Стоимость в них при этом возрастала в десятки раз. Отсюда вторая проблема – демпинг. Компания, всеми правдами и неправдами пытающаяся получить проект, до минимума снижает цены за свои услуги, что неминуемо ведет к потере качества. Потребители оценочных услуг должны быть готовы к тому, что все-таки нужно выбирать оценщика не по принципу "кто дешевле", а исходя из соотношения "цена – качество". К слову скажу, что это не только оценочная проблема, а проблема сектора аудита и консалтинга в целом. И ее осознание приходит как к потребителям данных услуг, так и к различным операторам рынка. В частности, по моей информации, некоторые рейтинговые агентства всерьез задумываются над включением в число критериев рейтингования компаний из реального сектора такого показателя, как стоимость услуг аудитора.

По данным агентства "Эксперт РА", уровень делового потенциала компании "Бейкер Тилли Русаудит" был оценен как высокий. Не случайно и в рейтинге наиболее стратегичных оценочных компаний Ваша компания занимает одну из лидирующих позиций. Каковы долгосрочные источники ее успешной деятельности?

Наш девиз звучит так: профессионализм, качество и комплексный подход. Он отражает основные ценности, которым привержены сотрудники компании. Работая с клиентом, мы стремимся максимально изучить его потребности и своевременно решить встающие перед ним проблемы, причем делаем это таким образом, чтобы бизнес клиента эффективно развивался. Вторая составляющая – безусловное качество работы. Мы уделяем большое внимание всем без исключения проектам, очень жестко контролируем качество и стараемся сделать результат оценки максимально прозрачным, чтобы у клиента не осталось сомнений в объективности отчета.
Естественно, мы стремимся постоянно предлагать потребителям какие-то новые интересные продукты, востребованные рынком. Оценка – это некий элемент в системе управления бизнесом. В последние годы на рынке очень актуальна тема публичных размещений (вексельные и облигационные займы, IPO). Нам близка эта тематика. Наша компания – член Международной сети Baker Tilly International, лондонская компания которой Baker Tilly UK в течение трех последних лет является аудитором года на Лондонской альтернативной фондовой площадке (AIM), ориентированной на компании средней капитализации, и сопровождает большое число размещений. Мы очень много работаем в этом направлении, причем комплексно: показываем клиенту, какие существуют формы и способы инвестирования, как в его конкретном случае лучше поступить, наконец, предлагаем реальные рецепты, которые могут ему помочь.

Расскажите о наиболее интересных проектах, выполненных Вашей компанией в последнее время.

Непростой вопрос, потому что любой проект по-своему интересен. Например, если говорить о международных проектах, то другая страна – это совершенно иная фискальная система, другие рынки. Работать в новых условиях всегда сложно, но интересно. Занимались мы и проектами общероссийского масштаба. Их бывает не так много, но они очень объемны и продолжительны. Последний из них – оценка ОГК-6 для РАО "ЕЭС России", которую мы производили в течение двух лет и завершили в прошлом году.

Следует особо упомянуть такой интересный и активно развивающийся сектор, как оценка интеллектуальной собственности. Пока в этой области работает немного серьезных специалистов, но рынок с каждым годом растет. Считается, что это наиболее сложный сегмент рынка оценки. К примеру, нам довелось выполнять проект для информационного агентства РИА "Новости"-делать оценку их огромного-десятки тысяч единиц-электронного архива фотографий.

"Интеллектуалка" – это всегда очень увлекательная работа. К сожалению, не всегда мы вправе раскрывать информацию даже о виде объекта оценки, потому что за ней конкуренты иногда просто охотятся. Вот, к примеру, в прошлом году мы работали с одной активно развивающейся торговой группой в сибирском регионе, создавшей очень интересный объект интеллектуальной собственности, который позволял ей получать серьезные преимущества по сравнению с основными конкурентами в плане формирования новых источников прибыли. Что интересно, часто владельцы не рассматривают подобные объекты как некий актив, имеющий определенную стоимость. Для них это результат труда, приносящего удовлетворение. В последнее время мы стараемся уделять больше внимания комплексным проектам, которые включают оценку, консультирование, аудит. Это могут быть как российские, так и международные проекты. В последнем случае в их реализации участвуют и наши партнерские компании в разных странах.

Каковы наиболее перспективные направления оценочной деятельности в России?

Повторюсь – это оценка интеллектуальной собственности и оценка для привлечения финансовых ресурсов. Еще одно направление, которое активно развивается последний год – оценка в рамках подготовки отчетности по МСФО. В данном направлении роль оценщика достаточно велика, поскольку такие специализированные процедуры, как, например, тест на обесценивание, должен выполнять именно специалист-оценщик. Ну и, безусловно, не утратят своего значения такие традиционные направления, как оценка бизнеса и оценка недвижимости. Сегодня имеет место огромное количество слияний и поглощений, заключаются многочисленные сделки – купля-продажа, кредитование, сдача в аренду на рыночных условиях и т.п.

Можно ли оценить стоимость отдельно взятой страны? К примеру – сколько стоит Россия?

PR-попытки рассчитать стоимость России предпринимаются регулярно, но, с моей точки зрения, все они сопряжены с изрядной долей субъективизма. К примеру, капитализируя годовую величину ВВП по ставке российских евробондов, с учетом перспективы долгосрочного роста на уровне 3% годовых, получалась цифра порядка 300 трлн руб. Два года назад имел место мощный PR-проект по оценке России в отраслевом разрезе. Итоговая цифра в три раза превысила ту, которую я назвал чуть раньше. В начале марта на Appraiser.RU была размещена информация об итогах ежегодного рейтинга привлекательности национальных брендов стран мира, составленного международным аналитическим агентством GMI. В нем мы на 20 месте из 35 участников, и такой бренд, как Россия, оценивается приблизительно в 660 млрд долл. (то есть порядка 20 трлн руб.). Как видите, оценки сильно разнятся, что, с точки зрения оценщика, означает прежде всего то, что ряд очень существенных факторов не удается адекватно учесть. В первую очередь это научный потенциал, культурное наследие, "родные просторы", биоресурсы и т.п.

Как известно, история не терпит сослагательного наклонения. И все же – как бы шло развитие России, если бы приватизация начала 1990-х гг. проходила при участии оценочных организаций?

Неожиданный вопрос. С позиций сегодняшнего дня очевидно: для решения подобных задач необходимо привлекать профессиональных оценщиков. Однако задним число трудно сказать, как развивались бы события, если бы это условие было соблюдено. В 1995-1996 гг. словосочетание "рыночная стоимость" многих приводило в ужас. Профессиональных оценщиков тогда в РФ практически не было, а если и были, им не хватало опыта. Правда, справедливости ради надо отметить, что отдельные проекты специалисты выполнили на вполне достойном уровне. Это сегодня в распоряжении оценщиков Интернет, огромное количество литературы, всевозможные специализированные справочники, масса профессиональной литературы, а тогда ничего подобного в нашей стране не существовало. Поэтому, учитывая масштабы необходимых работ и сроки, отведенные на их выполнение, мне кажется, результат вряд ли был бы лучше.

Сколько стоит компания Baker Tilly International в целом и "Бейкер Тилли Русаудит" в частности? Или это секрет?

Если подходить формально, то можно оценить любой бизнес, в том числе и консалтинговый. Baker Tilly International – все-таки не компания, а сеть независимых компаний. Если предположить, что это некий международный холдинг, то его, конечно, тоже можно оценить. Но тут же возникает вопрос – для чего? Оценка сама по себе не имеет смысла. Она выполняется в рамках решения конкретных экономико-управленческих задач.

Если компанию не собираются продавать, то с равными основаниями можно сказать и то, что она стоит столько-то, и то, что она бесценна. Естественно, основной актив любой консалтинговой компании – бренд, персонал, технологии, базы, наработки, то есть все то, что так или иначе участвует в формировании финансового потока, результата, который показывает компания. И все это можно оценить. Существует на рынке некий укрупненный подход, когда стоимость консалтингового бизнеса приблизительно приравнивают к его среднегодовой выручке. Но, повторю, это лишь некий ориентир стоимости.

Какое место в оценочном бизнесе занимает "Бейкер Тилли Русаудит"? Кто Ваши конкуренты?

С точки зрения масштаба бизнеса, круга клиентов, перечня оказываемых услуг, спектра решаемых вопросов аудиторско-консалтинговая группа "Бейкер Тилли Русаудит", безусловно, является одной из лидирующих в России. На самом деле сейчас очень просто определить, какие оценочные компании занимают первые места. Достаточно взять аккредитации ведущих естественных монополий – РАО "ЕЭС России", "РЖД", а также крупных ведомств и госструктур, оценочные топ-компании так или иначе в большинстве из них присутствуют. Это не случайность. Дело в том, что рынок определенным образом структурирован. Те услуги, которые оказывают лидеры – объем и специфика работы, профессиональные ресурсы, опыт, связи, – далеко не каждой компании по силам.

Кстати говоря, я наблюдаю на рынке интересные изменения клиентской базы. Многие компании, которые были ориентированы на российский топ, тоже растут и развиваются. Сейчас они достигли такого уровня развития, что, желая улучшить свой имидж, стремятся работать только с "большой четверкой". Другой вопрос, насколько удачны такие переходы, далеко не для всех это проходит безболезненно. В то же время растущие промышленные и торговые холдинги, которые еще два-три года назад не были готовы работать с ведущими компаниями, сегодня решают более масштабные задачи, и это диктует им необходимость обращаться в консалтинговые компании с известными брендами. Естественно, в этом плане на рынке имеет место определенная конкуренция между консалтинговыми компаниями.

Можно ли говорить о тенденции укрупнения смешанных консалтинговых компаний?

Если рассматривать укрупнение с точки зрения поглощения, то я бы так не сказал. Если же говорить об укрупнении с точки зрения внутреннего роста, то можно сказать, что такая тенденция есть. Мы ощущаем это на себе, причем за последние год-два рост происходит в разы. Многое из того, что мы с Вами затрагивали в сегодняшней беседе, имеет к такому росту прямое отношение.

Как повлияет вступление России в ВТО на оценочный сегмент экономики? Мне кажется, за границей нас не ждут. Стоит ли нам опасаться иностранных конкурентов?
Не думаю, потому что, во-первых, многие российские топ-компании так или иначе являются членами международных сетей. В основном эти сети организованы по такому принципу: в конкретной стране есть компания-представитель, в которой работают местные специалисты, хорошо знающие национальную специфику. И все это у нас уже есть.

Пока я не вижу серьезных оснований опасаться того, что вступление в ВТО кардинальным образом перестроит российский рынок оценки.

Что бы Вы предприняли, если бы возглавляли целую отрасль?

Другими словами, что мне мешает и что хотелось бы изменить в первую очередь? Прежде всего это проблема качества и демпинг – я уже говорил об этом. Кроме того, нужна стандартизация деятельности и некая информационная открытость. Сегодня оценщик должен не только хорошо владеть методикой, но и вести собственные базы данных, поддерживать контакты с коллегами из других компаний и смежных областей. Зачастую только это помогает ему получить или уточнить какую-то информацию.

Проблемы, безусловно, нужно решать, другой вопрос – как. Ответить на него не просто. Можно много говорить об этом, но, думается, к подобным вещам нужно подходить взвешенно. В последнее время было немало благих начинаний, но по тем или иным причинам на определенном этапе все сводилось на нет. Мне сложно конкретно сказать, что нужно сделать в первую очередь. Проблем достаточно много, и они тесно переплетены. Вроде бы благая была идея ФАУФИ экспертировать отчеты, и я, например, весьма благосклонно относился и к произошедшим преобразованиям, и к работе, которая началась. Было действительно сделано много полезного:провели огромное количество установочных совещаний, организовали стажировки для специалистов из разных компаний, чтобы добиться единообразия и понимания того, как и что нужно делать, как обрабатывать исходные данные, как готовить итоговые документы. Эта работа полгода велась в очень интенсивном режиме.

В результате оценщики, чьи отчеты подвергались серьезной проверке, чему-то учились, переставали делать абсурдные ошибки. Начинание было хорошее, но, как мне кажется, до логического конца его не довели. Та же ситуация с законом. Постановили: пусть профессиональное сообщество решает, кто будет работать на рынке, а кому там не место. Вроде бы замечательная идея, но механизмы ее реализации не проработаны, поэтому предстоящая реформа вызывает ожесточенные дискуссии. Многое у нас не доделывается до конца, что, естественно, не способствует искоренению упомянутых мною проблем.

Есть ли у Вас любимая пословица, поговорка, девиз или притча, наиболее точно характеризующая Ваше отношение к жизни?

Девиза у меня нет, но есть определенные предпочтения и ценности, которыми я руководствуюсь в работе и в жизни вообще.

Следить за новостями ИНЭС: