Волны Кондратьева и цикличная динамика экономики и войн: теория и будущее | Институт экономических стратегий

Волны Кондратьева и цикличная динамика экономики и войн: теория и будущее

Номер 1 - ЦА. Своя игра

Можно ли ожидать снижения военно-политической активности в ближайшие десятилетия, на понижательной стадии V Кондратьевского цикла? Для этого есть основания. В то же время сами конфликты приобретают иную форму: вместо  открытых столкновений вооруженных сил — асимметричные войны и  международный терроризм, который стал точечной формой столкновения цивилизаций.

Юрий Яковец
Волны Кондратьева и цикличная динамика экономики и войн: теория и будущее

"Экономические стратегии – Центральная Азия", №1-2006, стр. 06-11

В феврале 2005 г. в Португалии при поддержке Научного комитета НАТО состоялся международный семинар "Волны Кондратьева: войны и международная безопасность". В семинаре приняли участие более 40 ученых из 12 стран.
Учитывая фундаментальное значение научного наследия Н.Д. Кондратьева, журнал "ЭС" решил открыть новую рубрику – "Волны Кондратьева". В ее рамках будут публиковаться статьи и заметки по проблемам волнообразной динамики экономики и общества, прогнозированию циклов и кризисам, стратегии инновационного прорыва, моделированию нелинейных процессов, а кроме того, информация о новейшей отечественной и зарубежной литературе, о конференциях и дискуссиях по этим проблемам. Рубрику ведет Международный институт Питирима Сорокина – Николая Кондратьева. Приглашаем читателей к участию в этой рубрике.

Яковец Юрий Владимирович — д.э.н., профессор, академик РАЕН.

В течение более чем столетия теория цикличных колебаний в экономике и других сферах жизнедеятельности общества находится в центре внимания ученых как в России, так и во всем мире. Каждый раз внимание к этой проблеме усиливается в периоды кризисов, особенно если эти кризисы связаны с глубокой трансформацией общества, сменой полувековых Кондратьевских и вековых цивилизационных циклов. Не только ученые, но и политики, бизнесмены задаются вопросами: чем вызваны кризисы? Можно ли их избежать или, по крайней мере, предвидеть?

Николай Кондратьев и школа русского циклизма

Ответы на эти вопросы дает течение в российской социально-экономической мысли, которое я называю школой русского циклизма (1-3). Первый камень в фундамент этой школы заложил Михаил Иванович Туган-Барановский (1865-1919). В 1894 г. он защитил в Московском университете магистерскую диссертацию о промышленных кризисах, которую в том же году опубликовал. В доработанном виде, с изложением общей теории кризисов, книга была опубликована в 1914 г. и переиздана в 1997 г. (4).

Теория кризисов, по мнению М.И. Туган-Барановского, позволяет прогнозировать кризисы: "Развиваемая в этой книге теория кризисов объясняет, какие факторы благоприятствуют увеличению и снижению продолжительности промышленного цикла, а также вскрывает и движущие силы самого цикла. Поэтому не трудно, исходя из названной теории, формулировать признаки приближения промышленного кризиса. Таким образом, теория приобретает большое практическое значение; она дает возможности предвидения в чрезвычайно важной хозяйственной области" (4; 57-58). Подтверждением этого явились прогнозы автора о промышленных кризисах начала XX в., а также учреждение в 1912 г. правительством Франции постоянного комитета для предвидения промышленных кризисов (4; 58).

Монография М.И. Туган-Барановского была издана за рубежом и получила признание в мировой науке. Профессор Ж. Лескюр (Франция) назвал книгу "самым оригинальным и самым значительным произведением во всей экономической литературе настоящего времени" (4; 56). Много позднее классик кейнсианства Э. Хансен высоко оценивал вклад М.И. Туган-Барановского в развитие теории экономических циклов: "Он пробился сквозь джунгли к новым горизонтам. Он положил начало новой трактовке проблемы" (5; 81).

И далее: "Господствуют над циклом и управляют им, таким образом, колебания размеров инвестиций; потребление же поднимается и падает в результате этих колебаний. Такова в высшей степени оригинальная и по существу новая для того времени теория, выдвинутая Туган-Барановским" (5; 90).
Ученик М.И. Туган-Барановского Николай Дмитриевич Кондратьев (1892-1938) пошел дальше своего учителя. Он обосновал новый вид долгосрочных цикличных колебаний – большие циклы конъюнктуры продолжительностью около полувека – длинные волны экономической динамики (Йозеф Шумпетер назвал их циклами Кондратьева). Хотя идеи долгосрочных цикличных колебаний в экономике высказывались и до Кондратьева, именно ему принадлежит заслуга формирования и статистической проверки теории длинноволновых колебаний. Впервые он сформулировал основные положения этой теории в монографии "Мировая экономика и ее конъюнктуры во время и после войны", которую молодой (30-летний) ученый опубликовал в 1922 г. ; она переиздана в 2002 г. (6) и впервые издана на английском языке в 2004 г. (7).

В этой работе Н.Д. Кондратьев отмечает: "Динамика экономических конъюнктур ритмична. Период высоких конъюнктур сменяется более или менее резко периодом понижения конъюнктур. Приходится различать два главных типа циклов таких колебаний: большой цикл, обнимающий собой около пятидесяти лет, и малый промышленно-капиталистический цикл, обнимающий обычно период в 8-11 лет" (6; 332). Эти два типа циклов взаимосвязаны: "Подъемы малых циклов наступающего периода будут лишены той интенсивности, какой они обладают в период повышательной волны большого цикла. Наоборот, кризисы наступающего периода обещают быть более резкими, а депрессии малых циклов более длительными" (6; 339). Глубокий мировой экономический кризис 1929-1933 гг. и наступившая вслед за ним депрессия подтвердили это предвидение.

В последующих своих опубликованных работах – статьях "Большие циклы конъюнктуры" (1925), "К вопросу о больших циклах конъюнктуры" (1926), докладе "Большие циклы экономической конъюнктуры" (1928), большой статье "Динамика цен промышленных и сельскохозяйственных товаров (к вопросу о теории относительной динамики и конъюнктуры)" (1928) он вновь и вновь обращается к этой проблеме, выдвигая дополнительные аргументы и приводя статистические доказательства.

Следует отметить, что идея о больших циклах конъюнктуры сразу же вызвала резонанс как в стране, так и за рубежом. Одни ученые поддержали эту идею, другие оспаривали. Один из крупнейших специалистов в области теории циклов У. Миттчелл согласился с Н.Д. Кондратьевым, что "большие волны" начиная с конца XVIII столетия повторялись в различных экономических процессах два с половиной раза, но оставлял открытым вопрос, будут ли они повторяться в будущем. Он признал, что исследования Кондратьева "открывают манящие перспективы для будущей работы" (8; 234). О высокой оценке идей Н.Д. Кондратьева свидетельствует и тот факт, что в начале 1930-х гг. находившийся в заключении российский ученый избирается членом Эконометрического общества – вместе с Шумпетером, Кейнсом, Леонтьевым и другими крупнейшими учеными мирового уровня. После кризиса 1929-1933 гг., убедительно подтвердившего истинность учения Н.Д. Кондратьева, его идеи были подтверждены и развиты Йозефом Шумпетером в двухтомнике "Экономические циклы" (9), а после кризиса начала 1970-х гг. – в книге немецкого ученого Герхарда Менша (10) и многих других ученых.

Другим ярким представителем школы русского циклизма является Питирим Александрович Сорокин (1889-1968). Признавая циклы Кондратьева, он идет дальше и исследует многовековые цикличные колебания в динамике социокультурных систем, включая периодическую смену чувственного, идеационального и идеалистического (интегрального) социокультурного строя, а также цикличные колебания (флуктуации) форм искусства, науки, этики, социальных и экономических отношений, войн и внутренних беспорядков (16).

С середины 1970-х гг. началось возрождение школы русского циклизма в СССР. Это нашло выражение в ряде монографий (с 1978 г.), междисциплинарных дискуссий (с 1988 г.), международных Кондратьевских конференций (с 1992 г.), Кондратьевских чтений (с 1993 г.). Каждые три года российские и зарубежные ученые по итогам международного конкурса награждаются медалями Н.Д. Кондратьева за вклад в развитие общественных наук. Созданы научно-общественные организации, развивающие идеи Н.Д. Кондратьева: Ассоциация "Прогнозы и циклы" (1990), Международный фонд Н.Д. Кондратьева (1992), Отделение исследования циклов и прогнозирования РАЕН (1996), Международный институт Питирима Сорокина – Николая Кондратьева (1999). Символом признания значимости и актуальности наследия российского ученого стал уже упомянутый нами международный семинар "Волны Кондратьева: войны и международная безопасность".

Сейчас можно смело сделать вывод, что идеи Н.Д. Кондратьева значительно опередили свое время, что они являются одним из краеугольных камней постиндустриальной парадигмы обществоведения, которая станет преобладающей в XXI в.

Многогранность Кондратьевских волн

Н.Д. Кондратьев исследовал большие циклы конъюнктуры прежде всего как закономерность цикличной динамики экономики, что находит выражение в долгосрочных колебаниях товарных цен, ренты, процента, оборота внешней торговли, добычи угля, потребления минерального топлива, производства чугуна и свинца (6; 350-360). Причем речь идет именно о тенденциях, ибо искать в экономической и социальной динамике однозначно выраженные закономерности, четкие ритмы, укладывающиеся в математические формулы, бессмысленно – эта динамика многомерная и многофакторная, она наполнена немалым числом случайных флуктуаций. Даже в хорошо изученных цикличных колебаниях солнечных пятен нет четкого ритма: солнечные циклы подвержены значительным колебаниям по продолжительности и интенсивности.

Однако волны Кондратьева не стоит сводить только к сфере экономики. Они охватывают практически все сферы жизни общества. Речь идет прежде всего о технологических циклах, долгосрочных колебаниях в обновлении основного капитала и использовании изобретений (инноваций); используя современную терминологию – о полувековом ритме в смене преобладающих технологических укладов.

Н.Д. Кондратьев полагал, что материальной основой больших циклов конъюнктуры является массовое обновление основных капитальных благ: "Материальной основой больших циклов является изнашивание, смена и расширение основных капитальных благ, требующих длительного времени и огромных затрат для своего производства. Смена и расширение этих благ идут не плавно, а толчками, другим выражением чего и являются большие волны конъюнктуры… Повышательная волна большого цикла связана с обновлением и расширением основных капитальных благ, с радикальными изменениями и перегруппировкой основных производительных сил общества" (6; 390-391). Это требует высоких темпов инвестирования, концентрации капитала.

В свою очередь, повышательная волна опирается на волну инноваций, использование накопленного фонда изобретений: "Наличие и интенсивность научно-технических открытий и изобретений являются функцией запросов практической действительности и предшествующего развития науки и техники. Однако чтобы имело место действительное изменение техники производства, наличия научно-технических изобретений еще недостаточно. Научно-технические изобретения могут быть, но могут оставаться недействительными, пока не появятся необходимые экономические условия для их применения… Самое развитие техники включено в ритмический процесс развития больших циклов" (6; 382-383). Волны инноваций, как показали Йозеф Шумпетер и Герхард Менш, лежат в основе больших циклов конъюнктуры – Кондратьевских волн.

Параллельно и взаимосвязанно длинноволновые колебания происходят в социально-политической сфере, в динамике войн и революций, территориальной экспансии: "И войны, и социальные потрясения включаются в ритмический процесс больших циклов и оказываются не исходными силами этого развития, а формой его проявления. Но, раз возникнув, они, конечно, в свою очередь, оказывают могущественное, иногда пертурбирующее, влияние на темп и направление экономической динамики" (6; 383).

Особенно заметно это взаимовлияние на повышательных волнах больших циклов: "Бурный рост новых производительных сил, повышая активность заинтересованных в нем классов и групп внутри, создает предпосылки для обострения борьбы, против устарелых и тормозящих развитие социально-экономических отношений, создает предпосылки для внутренних крупных переворотов. Вот почему… в действительности период длительного повышения конъюнктуры связан с радикальными изменениями в области производства, с полосой частых войн и революционных потрясений" (6; 392-393).
В подтверждение Н.Д. Кондратьев приводит историческое измерение частоты волн и революционных потрясений на разных фазах большого цикла; см. табл. 1 (6; 374-376). Большие циклы конъюнктуры охватывают и сферу духовного воспроизводства, прежде всего подготовки кадров квалифицированной рабочей силы (6; 390).

Таблица 1.

Из сказанного понятен вывод, сделанный Н.Д. Кондратьевым: "Большие циклы конъюнктуры, на фоне которых протекают малые циклы, обуславливаются процессами радикального перераспределения накопленных и накопляющих капиталов, выражающимися внешне в глубоких реформах индустрии, в привлечении новых территорий, в подготовке новых кадров квалифицированного труда" (6; 211).

Поэтому волны Кондратьева не стоит рассматривать только как одну из форм цикличной экономической динамики. Это одна из разновидностей исторических циклов, охватывающих всю структуру общества. Именно в таком аспекте рассматривал их один из крупнейших историков ХХ в. Фернан Бродель: "Если сложить два этих движения – вековую тенденцию и цикл Кондратьева, – то мы будем располагать "музыкой" долгосрочной конъюнктуры, звучащей на два голоса… Добавляя свои движения к подъему или спаду вековой тенденции, циклы Кондратьева усиливали или смягчали ее" (12; 76).

Кондратьевские волны: прогноз на XXI в.

Процессы глобализации, развернувшиеся с конца XX в. и пронизывающие все сферы жизнедеятельности общества, во многом меняют динамику развития мировой цивилизации. Означает ли это, что Кондратьевские волны, четко обозначившиеся в индустриальную эпоху ритмы развития экономики и всего общества, уйдут в прошлое вместе с этой эпохой?

Для этого нет оснований. Во-первых, сохранится ритм технологического развития – смены преобладающих (в авангардных странах и на мировом рынке) поколений техники (примерно каждые десять лет), технологических укладов (раз в 40-50 лет), технологических способов производства (раз в несколько столетий). Соответственно, будет наблюдаться волнообразность в появлении научных открытий, технических изобретений, улучшающих, базисных и эпохальных инноваций (13; гл. 2).

Рисунок 1. Ритм смены Кондратьевских волн

В первой половине наступившего века развертывается переход к постиндустриальному технологическому и экологическому способам производства. Это означает не только ускорение темпов роста общественных производительных сил после затяжного глубокого кризиса двух десятилетий, но и изменение их характера с упором на гуманизацию и ноосферизацию технологий и экологии. С начала века, после мирового кризиса 2001-2002 гг., пятый технологический уклад и адекватный ему Кондратьевский цикл вступили в понижательную фазу. Одновременно усиливается разработка первых поколений шестого уклада, который, надо полагать, станет преобладающим в авангардных странах в 2020-2050-е гг., после чего придет время становления седьмого технологического уклада.

Развертывающийся в начале XXI в. глобальный научно-технологический переворот будет опираться на достижения современной научной революции, волну эпохальных и базисных инноваций, которая преобразует лицо мира. Поэтому заявления о "конце века науки" беспочвенны; напротив, глубина противоречий переходной эпохи породит девятый вал открытий и изобретений, итогом которых станет формирование и преобладание постиндустриальной научной парадигмы, адекватной радикально изменившемуся миру.

Технологическая динамика неразрывно связана с экономической. Наблюдается процесс становления постиндустриального экономического способа производства, который, с одной стороны, будет более глобализированным, синхронизирующим ритмы национальных экономик, а с другой – откроет новые просторы для предпринимательской и инновационной инициативы малого и среднего бизнеса.

Основным противоречием в экономике переходного периода является чрезмерно возросшая за индустриальную эпоху пропасть между богатыми и бедными странами и цивилизациями. Если в 1800 г. такой показатель, как производство ВВП на душу населения, в США был в 3 раза выше, чем в Африке, то в 2000 г. – в 18,8 раза (14; 267). Валовой внутренний доход на душу населения у богатого меньшинства планеты (971 млн человек – "золотой миллиард") в 2003 г. был в 59,5 раза больше, чем у бедного большинства (2310 млн человек; 15; 259). Неотложной стратегической задачей для человечества на XXI в. является сближение уровней социально-экономического развития разных стран и цивилизаций. Эта задача не может быть успешно решена на базе преобладающей ныне неолиберальной модели глобализации, которую активно проводят США и ВТО. Есть другая модель, позволяющая сблизить уровни развития. Она ныне используется в рамках Европейского союза. Представляется, что будущее – за этой моделью.

Следует ожидать, что в XXI в. сохранится ритм экономических циклов и кризисов. Это подтвердил и мировой кризис 2001-2002 гг. Хотя за два года среднегодовые темпы прироста ВВП снизились незначительно, однако прямые иностранные инвестиции за два года упали на 53%, а в США – более чем в 10 раз (16; 3, 258).

Исходя из теории больших циклов конъюнктуры, можно ожидать, что на понижательной волне Кондратьевского цикла глубина и продолжительность экономических кризисов будут возрастать. Их пик, вполне возможно, придется на начало 2020-х гг., после чего станет преобладающей обратная тенденция. Следовательно, волны Кондратьева в экономике сохранятся, но, вероятно, будут протекать более синхронизировано в масштабах глобализированного мирового хозяйства.

Сохранятся ли ритмы в XXI в.?

Каковы перспективы длинноволновых колебаний в социально-политической сфере? Сохранятся ли здесь обоснованные Н.Д. Кондратьевым закономерности и тенденции?

Геополитическая ситуация в мире кардинально изменилась. К концу XX в. стала очевидной абсурдность расчета на победу в новой мировой войне, возникла тенденция к разоружению. Впервые за послевоенный период имело место относительное сокращение военных расходов. Согласно прогнозу группы экспертов ООН во главе с нобелевским лауреатом В.В. Леонтьевым, мировые военные расходы за 1951-1970 гг. выросли вдвое (3,5% среднегодового прироста), а к 2000 г. должны были увеличиться в 3,2 раза (3,9% среднегодовых; 17; 240). Однако в действительности в 1990-е гг. возобладала обратная тенденция – военные расходы снизилась с 3,2 до 2,3%, в том числе в странах с высоким доходом – с 3,1 до 2,3% (в США с 4,6 раза до 3%); в странах с низким доходом – с 2,6 до 2,5%, в России – с 8 до 5,6% (15; 304-306). Однако после теракта 11 сентября 2001 г. доля военных расходов в ВВП ряда стран вновь начала расти.

В 80-90-е гг. XX в. – на повышательной стадии V Кондратьевского цикла – наблюдалась волна вооруженных конфликтов и внутренних переворотов, радикально изменивших политическую карту мира. Из межгосударственных столкновений можно назвать войну в Афганистане, Ираке, вторжение Ирака в Кувейт и последовавшую за этим "Бурю в пустыне", войну НАТО против Югославии.

Вступление V Кондратьевского цикла в понижательную стадию может сопровождаться падением интенсивности военных конфликтов и внутриполитических потрясений. В последние годы действительно наблюдается некоторое снижение интенсивности военных конфликтов. Но в ряде стран на постсоветском пространстве (в Грузии, Киргизии, Украине) произошли сравнительно мирные, но с участием "внепарламентских" сил государственные перевороты. И нет уверенности в том, что этот список закрыт. Идет смена поколения политических лидеров, пришедших к власти в результате переворотов начала 1990-х гг.
Можно ли ожидать снижения военно-политической активности в ближайшие десятилетия, на понижательной стадии V Кондратьевского цикла? Для этого есть основания. В то же время сами конфликты приобретают иную форму: вместо открытых столкновений вооруженных сил – асимметричные войны и международный терроризм, который стал точечной формой столкновения цивилизаций.

Однако в дальнейшем, в 20-50-е гг. XXI в., на повышательной волне VI Кондратьевского цикла, ситуация может измениться. К тому времени существенно повысятся экономическая мощь и военно-техническое могущество Китая и Индии, а также мусульманской цивилизации. Начнут давать отдачу интеграционные усилия Западной Европы, поглощающей восточноевропейскую цивилизацию. Существенно ослабнет технологический уровень, внешнеэкономические и геополитические позиции России в связи с устареванием ракетной составляющей вооруженных сил и отставанием в модернизации производственного потенциала. Усилится борьба за наследство некогда могущественной евразийской цивилизации. Серьезные проблемы нарастают в связи с ростом численности населения беднейшей ныне африканской цивилизации (южнее Сахары), которое, по среднему варианту прогноза ООН, к 2050 г. увеличится по сравнению с 2000 г. в 2,4 раза – с 653,5 до 1557,5 млн человек (18; 50). В то же время бремя внешних обязательств по поддержанию соответствующего их интересам порядка во всем мире, которые берут на себя США, может существенно подорвать могущество единственной сверхдержавы. В силу упомянутых обстоятельств нельзя исключить, что на повышательной волне VI Кондратьевского цикла из-за значительного изменения соотношения сил в геополитическом и геоэкономическом пространстве опасность военных столкновений может вновь возрасти. Во всяком случае, такую возможность нужно учитывать, разрабатывая сверхдолгосрочные глобальные прогнозы.


Литература

1. Яковец Ю.В. Школа русского циклизма; истоки, этапы развития, перспективы. М.: МФК, 1998.
2. Яковец Ю.В. Русский циклизм: новое видение прошлого и будущего Lewinston-Queenston-Lampeter. The Edwin Mellen Press, 1999.
3. Яковец Ю.В. Циклы. Кризисы. Прогнозы. М.: Наука, 1999.
4. Туган-Барановский М.И. Периодические промышленные кризисы. Общая теория кризисов. М.: Наука-РОССПЭН, 1997.
5. Классики кейнсианства. Т. 2. Хансен Э. Экономические циклы и национальный доход. М.: Экономика, 1997.
6. Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения. М: Экономика, 2002.
7. Kondratieff N.D. The World Economy and it`s Conjunctures during and after the War. Moscow: SKII, 2004.
8. Митчелл У.К. Экономические циклы. Проблема и ее постановка. М. — Л.: Госиздат, 1930.
9. Schumpeter J.A. Business Cycles. N.Y., 1939. Vol. 1, 2.
10. Mensсh G. Das technologishe Patt: Innowationen uberwinden die Depression. Frankfurt am Main, 1975.
11. Сорокин Питирим. Социальная и культурная динамика. СПб.; РХГН, 2000.
12. Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм. XV—XVIII вв. Т. 3. Время мира. М.: Прогресс, 1992.
13. Яковец Ю.В. Эпохальные инновации XXI века. М.: Экономика, 2004.
14. Maddison A. The World Economy: Historical Statistics. Paris: OECA, 2003.
15. The World Bank, 2004. World Development Indicators. Washington, 2004.
16. ЮНКТАД. Доклад о мировых инвестициях, 2004. М.: Весь мир, 2004.
17. Леонтьев В.В. Межотраслевая экономика. М.: Экономика, 1997.
18. World Population Prospects. The 2002 Revision. Vol. 1. New York, 2003.

Следить за новостями ИНЭС: