Необходимость энергоэффективности (окончание) | Институт экономических стратегий

Необходимость энергоэффективности (окончание)

Номер 5-6. Отражение варварства

Повышение энергетической продуктивности можно однозначно определить как важную стратегию, направленную на поддержание сильного и устойчивого экономического роста России. Она должна стать остовом полноценной промышленной политики, ориентированной на то, чтобы к 2010 году сделать российскую экономику разнообразной и конкурентоспособной.

Жак Сапир
Необходимость энергоэффективности
(Окончание. Начало в № 3/2004.)
"Экономические стратегии", №5-6-2004, стр. 80-85

Жак Сапир — директор исследовательского центра в ВСШСН (EHESS, Париж),
профессор Высшей школы социальных наук (EHESS). Перевод с английского М. Исаева.

Двигатели промышленного роста России

Для того чтобы стало ясно, какие отрасли промышленности играли роль "тягачей" начиная с 1998 года, мы приводим сравнительный анализ роста отдельных отраслей и промышленности в целом. Восстановительная и стабилизационная фазы были объединены, чтобы разграничить кратко- и среднесрочную динамику. Для максимального смягчения сезонных воздействий при графическом изображении данных используется скользящее среднее значение, а показатели роста сравниваются на базе одних и тех же месяцев года (здесь – сентябрь).

При рассмотрении двух наиболее разнящихся групп, то есть группы, связанной с энергетикой, и той, что зависит от изменения валютного курса, можно легко проследить временную эволюцию динамики роста (рис. 1, 2). Становится ясно, что до 2002 года, когда произошел резкий скачок мировых цен, рост в топливном секторе не превышал показателей промышленности в целом. Необходимо добавить, однако, что спад производства, затронувший всю промышленность как раз до дефолта 1998 года, в топливной отрасли был менее заметен. Нефтехимическая отрасль, наоборот, переживала подъем. Ее показатели в основном превышали показатели промышленности.

Рисунок 1. Сравнение отраслей, связанных с энергетикой

Рисунок 2. Сравнение отраслей, зависящих от изменения валютного курса

Что касается отраслей, зависящих от изменения валютного курса, то легкая и пищевая промышленность пребывали в упадке до кризиса и во время него. Процесс восстановления более всего сказался на легкой промышленности – до сентября 2000 года она развивалась очень высокими темпами. То же самое можно сказать о лесной и целлюлозно-бумажной промышленности, показатели роста которой на этапе восстановления были весьма высоки. С апреля 2000 года в этой отрасли начался медленный спад. Пищевая промышленность в фазе развития переживала рост, уровень которого был выше средних промышленных показателей.

При рассмотрении группы энергозависимых отраслей также складывается противоречивая картина (рис. 3). Две из них – черная металлургия и металлообработка (машиностроение) – к сентябрю 2003 года достигли показателей производства, намного превышающих средние по промышленности. В обоих случаях прибыль была получена в основном в период с сентября 1998 по сентябрь 2000 года. Отрасль строительных материалов намного отстает от средних промышленных показателей. Тем не менее за второй период она продемонстрировала тенденцию к наверстыванию. Выявление отраслей, способствующих промышленному росту, позволяет сделать определенные выводы (табл. 1). Топливная промышленность стала двигателем развития только в самом конце рассматриваемого периода (июнь 2002 – сентябрь 2003 года). Среди отраслей, зависящих от изменения валютного курса, в фазе восстановления хорошие результаты показала легкая промышленность, однако она по-прежнему отставала. Пищевая промышленность набирает обороты. Это частично объясняется очень хорошими урожаями 2001 и 2002 годов.

Рисунок 3. Сравнение производственных показателей энергозависимых отраслей

Таблица 1. Список отраслей, чей рост превысил высокий уровень промышленного роста

Нефтехимия демонстрирует наиболее высокие и стабильные результаты. Ее можно рассматривать и как отрасль, связанную с энергетикой, и как отрасль, зависящую от нее. На этапах восстановления и стабилизации энергозависимость, возможно, сыграла роль главного фактора роста. Это прежде всего относится к черной металлургии и машиностроению. Зависимость от изменения валютного курса имела максимальное значение в первой и во второй фазах. Реальная ревальвация обменного курса приобрела большое значение в 2001 году. Вполне вероятно, что к началу 2002 года большая часть положительного эффекта девальвации уже сошла на нет. Инвестиции в 2000-2003 годах в российскую пищевую промышленность могли бы смягчить ситуацию, сделав отечественные продукты питания более привлекательными для потребителя несмотря на их относительную дороговизну. На энергозависимость на этапах восстановления и стабилизации могло бы повлиять резкое повышение объемов производства. Даже недостаточно эффективные с точки зрения энергетики производственные мощности, возможно, были реактивированы для того, чтобы на первых порах справиться со всплеском активности. Это объяснение представляется убедительным применительно к черной металлургии. Как уже упоминалось, металлообработка демонстрирует взаимосвязь энергозависимости и зависимости от изменения валютного курса. В данном случае медленная ревальвация после 2000 года, вероятно, сгладила эффект низких внутренних цен на энергию.

Вызывает недоумение тот факт, что производство строительных материалов после 2000 года фигурирует в числе отраслей-двигателей. Однако эта конкретная отрасль тесно связана со строительным сектором. Одним из последствий аккумулирования денежных средств за счет большого положительного торгового сальдо (непрямой экспортный эффект) был значительный рост недвижимости начиная с 2001 года. Возможно, этот скачок способствовал развитию сектора строительных материалов.

Необходимо помнить: взаимодействие между промышленными процессами и секторами финансов и недвижимости настолько сложно, что посылка отделимости редко применяется в реальной сфере экономики. Второстепенные факторы могут играть кумулятивную роль.

Промышленный рост в России: уроки и последствия

Если рассматривать промышленный рост в России на дезагрегированном отраслевом уровне, можно выявить факты, противоречащие общепринятым представлениям. В фазах восстановления и стабилизации во всех отраслях, кроме топливной промышленности, имели место высокие темпы роста. Затем последовал относительный спад, который не стал полной неожиданностью. Однако между различными областями прослеживалась значительная разница (табл. 2). Непосредственное воздействие энергетического фактора оставалось небольшим, по крайней мере до лета 2002 года. Однако его косвенное воздействие наравне с зависимостью от изменения курса валют является одним из решающих факторов.

Таблица 2. Средние показатели роста за 12 месяцев,%

Это косвенное воздействие проявлялось через:

а) введение (повторное) правительством Е.М. Примакова системы двух цен на энергию, которое осенью 1998 года сыграло значительную роль в обеспечении роста российской экономики;
б) воссоздание платежеспособного внутреннего рынка за счет возвращения на родину доходов, полученных за счет огромного активного торгового сальдо.
Следует отметить, что этот специфический процесс был связан с множеством второстепенных процессов, в частности:
– резким спадом импорта после девальвации 1998 года и стабилизацией фактического валютного курса, продолжавшейся с 1999 до лета 2000 года;
– реформированием государства и уменьшением утечки капитала.

Наряду с косвенным воздействием энергетического сектора необходимо учитывать косвенное воздействие колебаний курса валют, которое, как уже упоминалось, позволяет объяснить механизмы восстановления платежеспособного внутреннего рынка. Обменный курс непосредственно повлиял на рентабельность предприятий; в легкой промышленности и весьма вероятно в отрасли металлообработки (в совокупности с системой двойных цен на энергию) это влияние достигло пика в 1999 и 2000 годах и начало снижаться к концу 2001 – началу 2002 года.

Институциональные факторы, как представляется, играли важную роль начиная с 2000 года, сначала в связи с необходимостью создания условий для стабильного государственного бюджета, а затем – формирования обстановки доверия и уверенности. Кумулятивный эффект имел место после 2002 года. Институциональный фактор оказывал довольно сильное воздействие в 2003 году.

Из истории экономического роста России начиная с 1998 года можно извлечь ряд важных уроков. Первый – это то, что совокупный эффект есть нечто большее, чем простое суммирование факторов.

С осени 1998 по лето 2001 года в известном смысле была создана специфическая среда – частично в результате обдуманных решений, частично непреднамеренно. Это повлекло за собой определенные значимые модификации в поведении экономических факторов, что создало ситуацию, благоприятствующую росту.

Вторым уроком можно считать то, что политика двойных цен, пусть и менее заметная, чем девальвация, возможно, имела важное значение. Одна без другой никогда бы не оказала такого воздействия, о каком мы сейчас говорим.

Третий урок: косвенное воздействие экспорта на экономический рост зависит от институциональных факторов. То, что мы назвали здесь реформированием государства, является не более чем учреждением новой институциональной структуры и развитием стратегии общественной легализации, сделавшей данную структуру более эффективной. Здесь, конечно же, большую роль сыграл акцент на улучшении порядка государственных платежей, сделанный правительством Е.М. Примакова. Эту политику сначала в качестве премьер-министра, а потом и президента продолжил В.В. Путин.

Смысл среднесрочной стратегии быстрого роста

Весной 2003 года В.В. Путин поставил весьма амбициозные задачи в сфере экономического роста. Его идея за десять лет увеличить ВВП России в два раза не кажется неосуществимой, если тщательно изучить потенциал роста российской промышленности. Тем не менее этой цели достичь будет нелегко. Наиболее ценный урок, который удалось извлечь за прошедшие пять лет, – это то, что необходима стратегия, позволяющая создать стабильную ситуацию, в которой среднегодовой прирост составит 7%.

Стратегическое значение повышения эффективности использования энергии

Нет никаких сомнений в том, что Россия не может отказаться от двойных цен, какова бы ни была политическая цена этого решения в процессе переговоров с Европейским союзом. Низкие цены на энергию на внутреннем рынке одинаково важны как для промышленности, так и для населения, поскольку производственная инфраструктура в России по-прежнему остается инфраструктурой советского образца; рубль укрепляется, а доллар слабеет. Тем не менее в будущем это может оказаться политически нецелесообразным и воспрепятствовать эффективной экономической интеграции России и Европейского союза, ее основного торгового партнера (более 44% после интеграционной волны 2004 года).

Позиция Европейской комиссии в этом вопросе весьма уязвима, в частности предметом критики является ее недостаточная гибкость. Одновременное повышение внутренних цен на энергию в России было бы самоубийственно для российской промышленности. Однако это не означает, что внутренние цены на энергоресурсы в РФ останутся неизменными. Слишком низкие цены на энергию препятствуют модернизации энергетического сектора и сужают возможности инвестирования.

Есть еще одно противоречие: между краткосрочными условиями роста и долгосрочной стабильностью в энергетическом секторе. Повышение внутренних цен на энергию, возможно, неизбежно, если энергетический сектор сможет заменить производственный капитал, накопленный за советский период. Однако при современном уровне потребления любая попытка поднять цены на внутреннем рынке до мирового уровня приведет к следующему.

1. Снизится рентабельность ведущих российских предприятий, уменьшатся объемы инвестирования и уровень производительности, а следовательно, их конкурентоспособность на мировом рынке. Это помешает России разнообразить свою производственную систему и сделает ее даже более зависимой от экспорта сырья, чем сейчас.
2. Значительно усилится давление на семейный бюджет из-за падения уровня внутреннего потребления и сужения внутреннего рынка, что повлечет за собой резкий спад отраслей, ориентированных на потребление.

Наметившаяся сегодня ревальвация фактического обменного курса рубля и повышение внутренних цен на энергию отбросят страну назад, в ситуацию, имевшую место до 1998 года. Это может иметь значительные политические последствия. В случае новой волны экономической депрессии доходы бюджета от налогов стремительно упадут, и правительство столкнется с судьбоносным выбором: либо сократить общественные расходы (что чревато социальными и демографическими осложнениями), либо подвергнуться риску большого бюджетного дефицита, который будет иметь определенные финансовые последствия.
Выход из этого, на первый взгляд неразрешимого, противоречия все же возможен. Производственные процессы в энергозависимых отраслях свидетельствуют об огромных потерях по сравнению с европейскими отраслями промышленности. То же самое можно сказать и о жилищно-коммунальном секторе, где количество расходуемой энергии в настоящее время намного превышает количество энергии, которая в действительности доходит до потребителя. И там и тут большая часть потерь объясняется тем, что инфраструктура находится в бедственном состоянии, используются устаревшие технологии, при проектировании технических систем недостаточное внимание уделяется их производительности. Поведение потребителя здесь не играет особой роли.

Повышение эффективности использования энергии позволит значительно снизить ее затраты на производство единицы продукции. В этом случае цены на энергию можно будет существенно повысить без увеличения издержек производства, а ее сбыт внутренним потребителям станет выгодным бизнесом.

Необходимо добавить, что любое увеличение производительности в энергетике может привести к снижению внутреннего потребления, тем самым увеличивая объемы экспорта.

Что касается потребления энергии в быту, то и здесь в интересах повышения эффективности ее использования допустимо увеличение цен; причем российских потребителей это не слишком обременит и позволит экспортировать больше энергии.

Таким образом, стратегия, сконцентрированная на повышении производительности в энергетике, не только сделает промышленный рост более устойчивым и соответствующим международным требованиям (в рамках ЕС и ВТО), но также будет способствовать увеличению производства необработанной энергии. В процессе анализа маржинальных затрат в сфере производства углеводородов не возникает сомнений в эффективности подобной стратегии.

Размер инвестиций в сфере энергетики

Несомненно, повышение производства энергии как для промышленных, так и для бытовых нужд подразумевает средне- или долгосрочные инвестиции. Большая их часть пойдет в государственные и частные структуры. Это приведет к пересмотру партнерских отношений между государственным и частным сектором.
Финансовое инвестирование – это, как известно, один из больных вопросов в России. Тем не менее опыт европейских стран, в частности Франции и Германии, показывает, что специально созданные институты в состоянии эффективно распоряжаться инвестициями, предоставляя всю необходимую отчетность. Их можно быстро создать, если будут выделены необходимые средства.

Когда политика энергоэффективности имеет низкие начальные маржинальные затраты (это характерно для нижней части кривой реализации), отдача от инвестирования весьма велика. Инвестиции в энергетические сбережения, в частности на промышленном уровне, скоро могут стать самоокупаемыми. Четкая политическая линия в этом вопросе определенно укрепит развитие надежных финансовых институтов и, возможно, сделает более тесным сотрудничество с европейскими институтами.

Однако этим проблема инвестирования не исчерпывается. Когда будет применена систематическая стратегия энергоэффективности, потребуются новые товары и услуги. Высокий спрос в этих секторах привлекает прямые зарубежные инвестиции. Производство теплоизоляционных материалов – это хорошо известный пример специфической отрасли, непосредственно связанной с политикой сбережения энергии. Можно привести и другие примеры не только в промышленности, но и в секторе услуг.

Нет никаких сомнений в том, что четкая и хорошо продуманная промышленная политика, акцентирующая внимание на энергетической продуктивности, создаст рынок, привлекательный для зарубежных инвесторов. Продуманная программа, ориентированная на значительное увеличение энергетической продуктивности в России, может оказать положительное влияние на прямое зарубежное инвестирование.

Проблема фактического валютного курса

Даже при отсутствии прямой связи с энергоэффективностью было бы крайне опрометчиво не учитывать влияние подобной стратегии на фактический обменный курс. Выше было продемонстрировано, что при существующей структуре производительности труда в российской промышленности зависимость от курса валют очень важна. Ревальвация, значение которой очевидно, оказала заметное воздействие на некоторые отрасли промышленности. Рост объема прямых зарубежных инвестиций в Россию приведет к увеличению входящего потока устойчивой валюты. То же самое можно сказать об освобождении больших объемов энергии посредством эффективной политики ее сохранения.

Тем не менее конкурентоспособность российской промышленности, возможно, резко уменьшится под давлением совокупного увеличения внутренних цен на энергию и значительной ревальвации национальной валюты. Тогда политика, которая обосновывается в данной статье, может оказаться разрушительной.
Это является сильным стимулом для поиска механизма валютного курса, немного отличающегося от того, что принят на вооружение в России. Разные валютные курсы для экспортеров и других экономических участников, а также использование обменного курса, регулируемого Центральным банком России, при обращении с валютным потоком, идущим от экспорта, могли бы способствовать разрешению этой проблемы. Нужно помнить, что динамика валютного курса в странах, экспортирующих сырье, весьма специфична. Она не всегда совпадает с политическим курсом, направленным на развитие и модификацию промышленного сектора. Этот вопрос необходимо решить с самого начала, в противном случае любая программа, ориентированная на совершенствование энергоэффективности, может иметь противоположные последствия.

Таким образом, повышение энергоэффективности можно однозначно определить как важную стратегию, направленную на поддержание сильного и устойчивого экономического роста России. Она должна стать остовом полноценной промышленной политики, ориентированной на то, чтобы к 2010 году сделать российскую экономику разнообразной и конкурентоспособной. Это необходимая составляющая энергетического партнерства с ЕС, в основу которого могло бы лечь сотрудничество РФ с Францией и Германией. Оно должно способствовать "децентрализованному сотрудничеству", то есть укрепить партнерские отношения между государственным и частным сектором, а также между различными уровнями государственной власти.

Следить за новостями ИНЭС: