Антикризисный потенциал глобальной биржевой стимуляции в информационной экономике | Институт экономических стратегий

Антикризисный потенциал глобальной биржевой стимуляции в информационной экономике

Номер 5-6. Россия, вперед?

В результате анализа современной экономики как глобальной информационной системы предложена оригинальная концепция антикризисных мероприятий.

Владимир Никитин
Антикризисный потенциал глобальной биржевой стимуляции в информационной экономике

"Экономические стратегии", №05-06-2009, стр. 50-57

Никитин Владимир Степанович – директор НТЦ "Интрофизика", к.т.н.

Деньги как информационный продукт

Мы используем деньги, не задумываясь об их сущности. А ведь деньги – это прежде всего информационный продукт. Возьмите любую банкноту. Посмотрите на нее, и Вы увидите материальный носитель – бумагу, на которой напечатаны знаки, т.е. отражена информация, соответствующая какому-то количеству абстрагированных материальных ценностей. Рассматривая деньги, Вы считываете информацию с носителя. Вы можете уничтожить банкноту, но тем самым не повредите деньги. Погибнет только носитель. В момент уничтожения банкноты вся стоимость денег в стране волшебным образом увеличится на величину номинала банкноты. Если уничтожить половину бумажных денег, то цена оставшихся денег таким же волшебным образом увеличится вдвое. А если напечатать денег в два раза больше, то возникнет инфляция, цена денег упадет в два раза, а цены в магазинах вырастут вдвое. Происходит это потому, что деньги являются информационным продуктом.

Электронные деньги в еще большей степени обладают волшебными информационными свойствами. Они существуют в виртуальном виде, в виде намагниченных доменов на магнитных носителях или электромагнитных импульсов в компьютерных системах. С развитием информационных технологий электронные деньги все больше и больше приобретают информационные качества, а это значит, что глобальными финансовыми потоками начинают управлять информационные законы, в которых законы сохранения перестают доминировать.

В большинстве современных экономических теорий по умолчанию считается, что в экономике действуют те же самые законы сохранения, которые положены в основу современной физики. Значит, если в одном месте капитал убывал, то в другом месте он обязательно должен был прибавиться. От перемены мест слагаемых сумма денег и количество произведенной продукции в материалистической экономике не изменялись. В XIX в. все так и было. Однако времена меняются – и теории устаревают. В связи с широким внедрением информационных технологий глобальная экономика становится все более и более информатизированной. Ее финансовый и банковский сектор постепенно превратился в глобальную сетевую автоматизированную систему, объединяющую сотни тысяч операторов и мало зависящую от конкретного человека. До 80% всех биржевых операций в США производится программами-роботами, учитывающими большинство рисков и рассчитывающими доходы по шахматным алгоритмам на несколько шагов вперед.

Исследуя природу информационных процессов, можно заметить, что в информационных системах законы сохранения действуют не всегда. Понять это можно из следующего примера.

Если у Вас есть рубль и у меня есть рубль, то, когда мы обменяемся рублями, их количество не меняется. И у Вас, и у меня в результате обмена остается по рублю.
Но если у Вас есть идея и у меня есть идея, то, когда мы обменяемся своими идеями, у Вас будет две идеи и у меня будет две идеи. Как видите, никакого сохранения количества идей не происходит. Имеет место парадокс: в результате взаимодействия сложных информационных систем, которыми в том числе являются и люди, возникла добавочная информация. Серьезные исследования показывают, что информация способна возникать в процессе взаимодействия сложных информационных систем. Точно так же она может и исчезать в результате взаимодействия информационных систем. Это ее фундаментальное свойство, которое необходимо учитывать. Особенное значение это свойство приобретает в современной экономике, где глобальные информационные системы непрерывно участвуют в производстве и распределении большей части производимой продукции.

Таким образом, в информатизированной экономике существует две группы процессов с различным действием законов сохранения. В материальных процессах законы сохранения действуют, а в информационных процессах законы сохранения не действуют. Такая принципиальная разница в отношении действия законов сохранения является уникальной способностью современной информационной экономики.

Следовательно, деньги, точно так же как и любой информационный продукт, любая другая информация, могут возникать в экономике в результате взаимодействия финансовых информационных систем и превращаться в ничто в результате взаимодействия этих систем.

В информационных системах в качестве носителей экономической информации могут использоваться не только безграничные просторы электронной памяти, но и любые "электронизированные" фондовые активы. Само существование ценных бумаг в форме электронной информации говорит о том, что в современной экономике фондовые активы в значительной степени абстрагированы от реального содержания и информатизированы. Информатизация первичных активов создает условия возникновения вторичных производных активов – деривативов, которые привязаны к первичным активам только условиями соглашений между эмитентом и покупателем дериватива, т.е. чисто информационными связями. Следовательно, вторичные активы являются информатизироваными в еще большей степени, чем первичные, а значит, в еще большей степени подчиняются информационным законам, а не законам сохранения.

Деньги все больше и больше становятся информационным продуктом. В подтверждение этого можно привести тот факт, что огромное количество электронных денег существует в виде информационных записей – файлов. Они передаются и принимаются по информационным каналам – проводам, радиоэфиру, стекловолокну – абсолютно так же, как передается и принимается любая другая информация. И в этом плане деньги ничем не отличаются от любого другого ценного информационного продукта.
Сегодня экономика из материалистической превратилась в экономику информационно-технологическую. Налицо не просто насыщение офисов вычислительной техникой, но качественный переход, в результате которого финансовые потоки стали управляться информационными законами! Мы ежедневно становимся свидетелями того, как вследствие взаимодействия множества финансово-экономических информационных систем на фондовых и валютных биржах возникают или исчезают огромные денежные массы.

Формирование стоимости в информационных процессах

В XIX в. бумажные деньги были жестко привязаны к золоту. Их количество росло в зависимости от объемов добычи золота. В XX в. естественный прирост количества денег стал отставать от потребностей экономики. Чтобы решить проблему хронической нехватки денег, быстроразвивающиеся государства были вынуждены отказаться от золотого эквивалента и перейти к свободному рыночному определению стоимости своих валют. Функции регулирования стоимости валют стали выполнять валютные биржи. Успех валютных бирж обеспечила прозрачная рыночная процедура интеграции индивидуальных мнений большого количества участников торгов в единый биржевой показатель.

Чисто информационный нематериальный процесс – симбиоз биологической и вычислительной информационных систем биржи – стал определять рыночную стоимость валют и активов. С появлением бирж эмоциональные и психологические процессы стали активно управлять мировой экономикой и глобальными финансами.

На фондовых биржах психологические процессы определяют стоимость активов. В результате рыночная стоимость абстрагируется от своего носителя. Она уже не является суммой труда и материалов, затраченных на создание этих активов, а привязывается к прибыли, которая может быть получена в будущем. Только будущая прибыль от активов интересует их потенциальных владельцев. Например, в результате роста цен на энергоносители возможность получения прибыли от торговли газом многократно увеличилась. Как отражение этого факта капитализация "Газпрома" за несколько лет выросла в 11 раз, увеличившись с 20 до 236 млрд долл. Капитализация корпорации абстрагирована и от реальной стоимости оборудования и от стоимости труда. Она коррелирует только со стоимостью запасов газа и потенциальной прибылью, которую можно получить в результате роста стоимости акций эмитента. А это всего лишь прогнозируемые информационные параметры.

С познавательной целью допустим, что в какой-то момент времени Т1 рыночная стоимость активов на бирже соответствует величине С1. Если прирост экономики составляет 10% в год, а все активы торгуются на бирже, то в конце года в результате всех биржевых операций стоимость активов должна увеличиться всего на 10%. В материалистической экономике это должно было произойти потому, что на рынке должны действовать законы сохранения финансовой массы. Если какие-то акции поднимутся, то другие в это же время должны упасть. Но рост суммарного фондового индекса не должен превышать 10%. При этом линия, описывающая поведение суммы всех активов, не должна испытывать никаких колебаний, а плавно расти, ведь в результате труда постоянно создается добавочная стоимость. Колебания курсов одних акций должны покрываться асимметричными колебаниями других. Назовем такое поведение биржевых индексов марксистской линией (красная линия на рис. 1).

Реальное поведение рыночных индексов бирж сильно отличается от марксистской линии. Они то растут темпами, многократно превышающими темпы роста производства, то стремительно падают, для них характерны сильные колебания. Если допустить, что капитализация первичных фондовых активов всей мировой экономики составляет 50-60 трлн долл., то при росте стоимости активов на 10% в мировой экономике дополнительно появляется фондовых активов на 5-6 трлн долл. При падении стоимости активов на 10% они исчезают так же, как и появились. Т.к. процесс имеет чисто информационный характер, то законы сохранения количества денег здесь не действуют. Стоимость активов как информация появляется в результате взаимодействия информационных систем и исчезает в результате точно такого же взаимодействия. В этом нет ничего удивительного. Таково фундаментальное свойство информации.

Учитывая, что активы могут использоваться как платежное средство и способны выполнять основные функции денег, можно считать, что в мировой экономике с помощью бирж и в результате действия информационных процессов могут возникать и исчезать огромные и совсем не виртуальные средства. Следует заметить, что приведенные оценки иллюстрируют только принцип появления и исчезновения денег в экономике и носят упрощенный характер. Кроме первичных активов на бирже обращается большое количество деривативов, которые являются производными активами. Объем сделок с деривативами на мировом фондовом рынке превышает капитализацию рынков примерно в 10 раз; в декабре 2008 г. он составлял 618 трлн долл. Это позволяет говорить о том, что деривативы являются важнейшим инструментом биржевиков, позволяющим получать прибыль на бирже во всех мыслимых и немыслимых ситуациях. С помощью деривативов любые колебания стоимости активов превращаются сначала в виртуальные, а затем и в реальные деньги: доллары, евро, рубли. Создают и распределяют эти колоссальные деньги не национальные правительства – эмитенты долларов, евро и рублей, а трейдеры и финансисты всего мира, участвующие в биржевой торговле.

В результате психологических информационных процессов в мировой экономике постоянно возникает и исчезает огромное количество реальных денег. Хочется подчеркнуть, что возникают не виртуальные, а вполне реальные активы и деньги. При виртуальном росте акций капиталы компаний реально увеличиваются. Под выросшие активы их владельцы получают дополнительные кредиты, которые пускаются в оборот и создают дополнительную реальную прибыль. Экономика развивается, потребление растет, доходы населения увеличиваются. При уходе денег из экономики, наоборот, возникают кризисные явления, нехватка оборотных средств, заводы останавливаются, экономика стагнирует, уровень занятости падает, возникают социальные и военные конфликты. Следовательно, в ходе биржевых информационных процессов возникают и исчезают абсолютно полноценные и совершенно реальные деньги.

Вследствие "информационности" и "финансиализации" экономики примерно треть прибыли Соединенным Штатам приносят финансовые компании, в которых трудится меньше 10% населения страны. По этим же причинам в ходе текущего кризиса биржевые индексы ведущих бирж мира упали до 20-40% от их максимальных значений. А это значит, что мировая экономика потеряла от 20 до 30 трлн долл., которые создавались в ней на протяжении 12-15 лет. Обескровленная экономика будет очень долго болеть. На восстановление потерянных объемов денежной массы в условиях ужесточения финансового регулирования потребуется немало времени.

Осознание глубины современного кризиса и его масштабов происходит очень медленно. Вначале эксперты надеялись, что неприятности разрешатся в течение года. Сейчас с большой осторожностью говорят о трех- и даже пятилетней рецессии. Пессимисты начинают вспоминать историю Европы, где четыре века подряд во втором десятилетии каждого столетия возникают кризисные ситуации, перерастающие в крупнейшие войны. Математически рассчитанная вероятность повторения подобной ситуации в XXI в. превышает 80%. Поэтому вполне вероятно, что мировой экономический кризис продлится 10-12 лет и перейдет в военно-политическую фазу.
Что же можно сделать, чтобы не допустить негативного сценария развития событий?

Кризис как системная разрегулировка информационной экономики

Возникнув в информационно-финансовой системе, деньги начинают циркулировать в экономике, создавая новые производственные ценности, удовлетворяя потребности людей и накапливаясь в банках. Экономика положительно отзывается на прилив денег, развиваются разные отрасли промышленности, стимулируется прогресс и развитие.
Когда стоимость активов падает на 5-7%, это не страшно. На рынке работают механизмы саморегулирования, которые исправляют возникающие диссонансы и возвращают систему в исходное положение. Но если амплитуда падения превышает какое-то критическое значение, например 20 и даже 40%, рынок серьезно заболевает. Процесс принимает необратимый, нерегулируемый характер.

Начинается распад рыночных структур, который носит характер цепной реакции и наносит огромный ущерб экономике. Заводы останавливаются, люди остаются без работы. Растет социальная напряженность. Возникает многолетняя депрессия экономики, от которой страдает население. Фридрих Ницше и Йозеф Шумпетер называли эту фазу кризиса созидательным разрушением, считая, что она необходима экономике, чтобы расчистить жизненное пространство для будущих прогрессивных форм хозяйствования.

Созидательное разрушение несправедливо. Уникальные электронные и автомобильные компании несут убытки только потому, что "сжимается" рынок. Они выпускают свою продукцию с помощью самых современных технологий, их изделия нужны во всем мире. Тем не менее из-за кризиса производители вынуждены сокращать выпуск продукции, оставляя без работы высококвалифицированных рабочих. Где тут рациональное зерно? В чем логический смысл такого разрушения?

Ведь проблемы компаний возникли не по причине несовершенства их технологий, а из-за разрегулировки рынков. Индексы падают, капитализация понижается. Экономика серьезно заболевает. Почему должны страдать невиновные? В то же время отсталые, консервативные и замкнутые экономики меньше всего страдают от кризиса. Так что никакой созидательной функции лавинообразное разрушение не выполняет. Оно совершенно неуправляемо и бессмысленно.

Чтобы блокировать разрушительные цепные реакции в глобализированной экономике, государства пытаются объединять свои усилия, тратят резервы на поддержку банков, сокращают социальные программы, затягивают гайки регулирования. В то же время банки направляют полученные ресурсы на подкачку финансовых пузырей, тезаврацию валюты и создание резервов, чтобы пережить сложные времена, т.е. замораживают полученные активы. Эффект от господдержки банков становится даже не нулевым, а отрицательным, стимулирующим кризисные явления и рост социальной напряженности. Где тут рациональное зерно?

Врачи знают, что у организма есть запас прочности, позволяющий ему самостоятельно победить болезнь. Когда болезнь тяжелая и пациента не лечат, то выздоровление может сильно затянуться.

Если воспринимать глобальную финансовую систему как сложную информационную систему, как глобальный суперкомпьютер, оперирующий деньгами, то нынешний кризис нужно рассматривать как кризис системной разрегулировки. Не важно, какие причины его вызвали, главное, что произошла разрегулировка глобальной информационной системы, и сейчас она работает вразнос, разрушая сама себя.

Что же делать, чтобы вылечить глобальную экономику от кризиса и остановить несправедливые процессы "созидательного" разрушения? Есть ли возможность принудительно отрегулировать такую сложную экономическую информационную систему, как глобальные финансы? Да, такая возможность есть и напоминает ту, к которой прибегает программист, когда компьютер зависает – он его просто перезагружает. Следовательно, нужно перезагрузить глобальный финансово-экономический суперкомпьютер в принудительном порядке. Но как это может выглядеть на практике – ведь реальную систему невозможно выключить? А этого и не требуется. Нужно всего лишь одновременно переиндексировать индексы бирж всего мира. Этот процесс будет аналогичен переводу часов назад. Будущее может быть создано из прошлого.

Глобальная перестраховка рисков – основа будущей стабильности

Прежде чем приступать к восстановлению регулировочных механизмов экономики нужно восстановить мировую финансовую систему страхования рисков, которая была основана на свопах кредитных дефолтов CDS (Credit default swaps). Система страховала банки-кредиторы от риска невыплаты долга в случае дефолта плательщика – например, в случае его разорения.

Прошел год после масштабных обвалов, а перепуганные банки, лишившись привычных механизмов кредитно-дефолтного страхования, так и не восстановили свою прежнюю активность. Они находятся в состоянии своеобразного шока вследствие ампутации нужного им органа. Отсюда длительное снижение активности финансового рынка, стимулирующее кризисные проявления.

Следовательно, систему хеджирования рисков предстоит не только восстановить, но и усилить, сделав ее централизованной и очень устойчивой. Этого можно достичь, если поручить МВФ или специально созданному для этой цели международному органу выпуск глобальных свопов кредитных дефолтов (GCDS) и передать ему функции конечного страховщика рисков в глобальном масштабе. Выпуская собственные свопы, банки должны будут хеджировать их покупкой GCDS у глобального страховщика. Процент глобального хеджирования CDS, т.е. отношение суммы GCDS к сумме CDS, выпущенных банком, должен стать публичной характеристикой надежности банков. Таким образом, конечная ответственность за дефолты будет перенесена на глобальный международный уровень, а степень надежности деривативов банков станет прозрачной величиной. Все остальные функции регулирования CDS, в том числе и метод забалансового учета свопов, должны остаться такими, какими они были до кризиса. Глобальный страховщик для сохранения устойчивости глобальной системы страхования должен создать специализированную биржу свопов, где будет продавать банкам свои глобальные свопы GCDS по рыночным ценам. Так он сможет получать средства для страхования дефолтов и сохранения устойчивости международной системы страхования финансовых рисков.

Создание глобальной системы страхования дефолтов позволит банкам выйти из шокового состояния, повысить свою активность и разморозить те средства, которые сейчас резервируются до лучших времен. К такому варианту склоняются ведущие американские финансисты и ученые. Одним из признаков, косвенно подтверждающих возможность восстановления системы страхования дефолтов, можно считать "Временные исключения…" по CDS (Federal Register /Vol. 74, No. 13/3967), выпущенные Федеральным регистром США, и ряд статей в финансовых изданиях, посвященных проблеме реабилитации.

Биржевая стимуляция как способ восстановления глобальной финансово-экономической системы

Психологические процессы, формирующие поведение масс участвующих в торгах на биржах, можно совершенно определенно отнести к информационным процессам. Карл Маркс описывал влияние психологии людей на экономику как порок: "…обеспечьте капиталу 10% прибыли, и капитал согласен на всякое применение, при 20% он становится оживленным, при 50% положительно готов сломать себе голову…" Но в целом материалистическая политэкономия не рассматривала влияние информационных процессов на экономику.

Множество людей вкладывает свои деньги в различные активы, рассчитывая получить прибыль.

И движет ими расчет и азарт. Актив превращается в финансовый пузырь только тогда, когда вложение денег вызывает чрезмерный рост его стоимости и начинается падение доходности. Когда большинство трейдеров начинают понимать, что дальнейший рост цен делает актив недоступным для покупателей, появляется страх потерять накопленный доход. Все спешат изъять капиталы. Обвал приобретает характер цепной реакции и протекает очень быстро. Людьми и экономикой снова движут эмоции. Расчет, азарт и страх – вот подлинные двигатели экономики. В информационной экономике лавинообразные процессы возникают вследствие массовых эмоциональных реакций, инициируемых какой-либо важной информацией. И распространяются они сейчас значительно быстрее, чем в доинформационную эпоху, придавая небывалую динамичность и драматизм процессам разрушения.

Сущность возможных мер по выходу из кризиса заключается в использовании способности информационной экономики активно реагировать на распространяемую в ней критическую информацию с целью извлечения прибыли. Чтобы повысить активность рынка и заставить расти активы, мировому сообществу должна быть предоставлена информация такого свойства, которая вынудит его активно действовать в направлении роста активов. Назовем эту акцию биржевой стимуляцией.

В развитых операционных компьютерных системах имеется возможность их восстановления по контрольной точке. Основная идея заключается в принудительной замене текущих значений ключевых параметров системы на их более ранние значения, при которых система работала нормально. Вы можете найти опцию восстановления и на своем компьютере. Так, в операционных системах Windows восстановление системы может быть использовано для отмены изменений в конфигурации системы и восстановления ее параметров и производительности. Восстановление системы позволяет вернуть конфигурацию компьютера в более раннее состояние, называемое контрольной точкой восстановления без потери данных. Аналогичную процедуру можно применить для восстановления ключевого элемента мировой экономики, в котором происходит генерация основного объема стоимости активов – мировых фондовых бирж. В качестве контрольной точки восстановления могут быть использованы биржевые индексы исторически запротоколированной величины на условную дату начала кризиса, например на 1 января 2007 г.

Возможна следующая процедура. На первом этапе авторитетный международный орган – это может быть МВФ – определит методику одновременной переиндексации биржевых индексов всех бирж и путем голосования ведущих игроков назначит даты переиндексации. Т.е. в какой-то конкретный момент времени, например 1 января 2011 г. (обозначим эту дату Дх), все участники фондовых торгов соглашаются одновременно поднять индексы всех бирж мира до тех величин I0, какими они были 1 января 2007 г. на момент начала мирового кризиса Д0. Все индексные параметры всех рыночных структур Iх, где это целесообразно, должны быть одновременно изменены на их исторические значения I0 по состоянию на 1 января 2007 г. Например, если биржевой индекс РТС к моменту переиндексации упал с 1600 (на 1 января 2007 г.) до 400 пунктов, то стоимость всех акций, котирующихся на РТС, должна быть увеличена на коэффициент восстановления (Recovery R = I0/Iх = 1600/400 = 4), т.е. в 4 раза. И все первичные активы должны снова приобрести ту стоимость, которая была у них на условную дату начала кризиса. То же самое необходимо сделать на всех биржах мира с учетом их собственных значений Ri, утвержденных МВФ. Даты переиндексации Дх и Д0 должны быть объявлены мировому сообществу заблаговременно, за год до начала переиндексации.
Рассмотрим, как будет работать такая процедура. Предположим, что в 2009 г. состоится всемирный форум биржевых трейдеров, на котором объявят о проведении процедуры переиндексации стоимости активов 1 января 2011 г. (Дх) на те значения, которые у них были 1 января 2007 г. (Д0). Первыми на это событие должны отреагировать "быки". Они привлекут замороженные сейчас средства и начнут скупать все акции подряд в надежде на быструю прибыль. Однако держатели акций, тоже зная о будущей переиндексации, вряд ли станут их продавать. На бирже возникнет вакуум, который начнут заполнять эмитенты, осуществляя дополнительную эмиссию ценных бумаг. Продавая акции "быкам", эмитенты, которые в большинстве своем являются производителями продукции, получат средства для реанимации производства. Это позволит начать процесс оздоровления экономики, прекратит цепные процессы банкротств и дефолтов. Повысятся цены на сырье и энергоносители. Увеличится потребление. При этом будут сохранены государственные резервы. Не нужно будет выбрасывать на рынок необеспеченные деньги. До даты переиндексации индексы будут расти, поэтому этот период процесса можно назвать фазой "быков".

К концу фазы "быков" возможны три варианта развития событий. Первый вариант. Биржевые индексы значительно не поднялись. Становится ясно, что предложенный процесс почему-то не работает. Возможно, созданная система страхования рисков не устраивает банки. Может быть, неэффективно работали эмитенты и не смогли обеспечить биржи нужным количеством ценных бумаг. Возможно, была плохо проведена организационная и рекламная кампания и информация не дошла до участников бирж. Но не исключено, что разрушительные процессы уже набрали такую инерцию, что нужен другой подход. В этом случае можно будет отменить переиндексацию до выяснения причин и устранения допущенных ошибок. Вероятно, стимуляцию следует провести позднее.

Второй вариант. Биржевые индексы выросли настолько, что превзошли свои значения на момент начала мирового кризиса.
В этом случае процедура переиндексации может не проводиться, т.к. стимуляция выполнила свою функцию и перевела рынок на новый уровень.

Третий вариант. Биржевые индексы существенно поднялись, но не превзошли значений на момент начала кризиса. Наметилось оздоровление экономики. В этом случае процедуру переиндексации следует провести.

Что произойдет 1 января 2011 г.? В результате переиндексации индексы искусственно поднимутся до своих исторических величин I0 на дату начала кризиса. На всех биржах мира одновременно увеличится стоимость фондовых и валютных активов на ту величину, на которую они упали с начала кризиса. Приток активов в мировую экономику будет в точности равен той величине, которая была потеряна в результате кризиса. Причем произойдет это без массовой эмиссии валют и достаточно справедливо для всех участников фондовых рынков. Тем не менее сразу после переиндексации на рынке начнется обвальное падение индексов в результате массового сброса активов – все захотят срочно получить свою часть прибыли. Поэтому назовем эту фазу процесса фазой "медведей".

В фазе "медведей" на бирже произойдет много событий. Т.к. эта фаза прогнозируема, то трейдеры хорошо к ней подготовятся и получат свою часть прибыли, используя соответствующие инструменты. Часть активов-пустышек сразу упадет до кризисного уровня. Но солидные активы, пройдя минимум, через месяц-другой вернутся в устойчивое равновесное положение. Биржевые индексы зеркально отразят этот процесс. Обвалившись на 25-40% в течение первых дней, они вновь поднимутся на 10-20% через месяц-другой. Но это будет новый уровень, который значительно превзойдет сегодняшние значения.

Биржевая стимуляция эквивалентна хорошей встряске фондовых рынков. Искусственный импульс биржевой активности стимулирует выздоровление экономики. Сильные и прогнозируемые фазы "быков" и "медведей", провоцируемые механизмом переиндексации биржевых индексов, с большой эффективностью демпфируются вторичными активами. Рынок деривативов позволит в короткий срок создать нужное количество денег, достаточных для начала оживления экономики. Созданная таким образом стоимость не порождает инфляцию, а с некоторым временным лагом способствует развитию производства продукции, т.е. обеспечивает возникающие виртуальные ценности реальными.

Если риски будут хеджированы на глобальном уровне, то все пройдет хорошо. Глобальная экономика оживет и начнет выходить из кризиса, эффективно регулируя сама себя. Конечно, система глобального хеджирования рисков будет дороже существовавшей, но зато она сделает невозможным откат рынка в первоначальное кризисное состояние. Этому будет препятствовать и возникшее в фазе "быков" оздоровление экономики, и те ресурсы, которые будут получены производителями и начнут циркулировать в экономике, создавая прибыль.

Суммарная эффективность проведенной стимуляции может быть оценена путем сравнения биржевых индексов до начала стимуляции и после нее. Можно ожидать, что эффективность биржевой стимуляции превысит 200-300%.

Биржевая стимуляция может стать хорошим лекарством от кризиса. Используя механизмы глобального хеджирования рисков и биржевой стимуляции, можно будет восстановить утраченные темпы роста и значительно смягчить последствия кризиса. Предлагаемые мероприятия позволят нормализовать рынок в течение двух лет и выйти из кризиса с минимальными потерями и мирным путем. Национальным правительствам не нужно будет тратить свои резервы. Биржевики и банки получат гарантированные прибыли, а производители-эмитенты – средства для реанимации производств. Занятость вырастет. Социальная напряженность снизится. Кризис будет преодолен с минимальными потерями. Чтобы это произошло, всем нужно договориться. В награду экономика получит от 10 до 20 трлн долл. Такова цена глобального согласия.

В противном случае неизбежно повторение классического сценария выхода из кризиса через фазу разрушительного созидания или даже военную фазу. Потери в этом случае будут на порядок выше. Наше вероятное будущее зависит от возможности нашего согласия.

ПЭС 9028/05.02.2009

Следить за новостями ИНЭС: